О моей жизни, о борьбе с болезнью – история больного шизофренией

Интересная история о судьбе человека, больного шизофренией

Интересная история о судьбе человека, больного шизофренией

Все мы в своей жизни, так или иначе, сталкиваемся со странными людьми. Иногда эта странность объясняется очень просто – психические отклонения.

Я хочу вам рассказать об одном интересном человеке «из этих», с которым мне удалось пообщаться.

В конце 80-х годов моя семья поменяла 2-х комнатную квартиру и переехала в более просторную (правда в старом районе с домами «Сталинско-Хрущевской» постройки) четырёхкомнатную. И жил в этом «новом» доме, на цокольном этаже, дворник – дядя Миша.

Дядей Мишей его называли все кто жил по соседству и неважно был это шкет малолетний или моя соседка — пожилая учительница 80 лет. Дядя Миша был высоким, здоровым мужиком, чуть ниже 2-х метров ростом, с седой бородой и медведеподобной фигурой.

По утрам он подметал наш большой двор, подправлял старые заборчики вокруг клумб и всячески поддерживал порядок на отведенной ему большой территории. На первый взгляд он был самым обыкновенным мужиком «крестьянской закваски», добрым, любящим детей, в меру пьющим.

Но была одна особенность: два раза в год он пропадал из виду на месяц, на два. Соседи поговаривали – «Дядь Миша опять на лечение лёг. Поколют ему уколы в «дурдоме» и вернется». Так было уже много лет и никого не удивляло.

Возвращался он действительно всегда регулярно. Какое-то время ходил ссутулившись и почти ни с кем не разговаривал.

Но проходило 3-4 недели и вот он опять сидит на старом, колченогом стуле возле своей дворницкой, кормит голубей крошками от батона и угощает дешёвыми карамельками стайки ребятишек, которые частенько подбегают к нему поздороваться «как с взрослыми, за руку» и послушать один из интереснейших рассказов, которых он знал неисчислимое количество.

Я тоже, как и все, периодически с ним общался. При всей своей «мужиковатости» это был человек энциклопедических знаний.

От него неожиданно можно было услышать – «Вот сгребаю я листву, сжигаю… какую красоту уничтожаем … цвета-оттенки на зависть Лотреку» или «Что собрались, бабоньки? Куда ж вы такие красивые направляетесь? Небось Гиляровский, зная вас, главу посветил бы тому как вы на базар ходите».

Дома у него (я был несколько раз) все стены занимали самодельные стеллажи с книгами. Он постоянно выписывал литературные журналы и оформлял их в самодельный переплет. Это был единственный человек, у которого я видел всю «Большую Советскую энциклопедию». Мы с ним, иной раз, садились за маленький кухонный стол.

Пили обжигающий чай из стаканов с подстаканниками, а на столе, в стеклянной вазочке, горкой лежал колотый сахар вперемешку с дешевыми карамельками, как он их называл — «дунькина радость». Мы много говорили о книгах, об истории, о знаменательных событиях и всегда он поражал глубокими познаниями темы и приводил малоизвестные факты.

Казалось, что практически не существует того, чего бы он не знал и вопросов, на которые он не смог бы ответить. Как-то раз темой нашего разговора стал знаменитый писатель Эрнест Хемингуэй. Мы обсуждали книгу «Зелёные холмы Африки». Дядя Миша рассказал мне о том, что писатель действительно какое-то время жил в Африке, охотился на львов.

Там же он чуть не умер от дизентерии, а впечатления и некоторые события той поездки легли в основу его произведения. Говорили мы и о том, как умер Хемингуэй (застрелился из ружья) после лечения в психиатрической клинике. Я набрался смелости и спросил – «Дядя Миша, а правда что говорят о тебе? Мол, лечится в «дурке» регулярно».

Он посмотрел на меня и говорит «А что скрывать, есть такое дело». И поведал мне свою историю:

«Была у меня семья. Жена, сын. Работал я тогда в речном порту на кране. Разгружал баржи с песком и щебнем пока не начались «проблемы». Вначале стал слышать голоса, видеть то, что не видят другие.

Например: Ночью приходит ко мне наш бригадир и мы разговариваем о работе, о планах производственных, а на утро оказывается, что сижу я на скамейке у дома в «трусах и майке» и не понимаю, как тут очутился. Поначалу грешил на чертей, мол «белая горячка» так проявляется. Выпить-то любил и злоупотреблял периодически. А потом, когда уже не пил месяц-два, это стало и днём проявляться.

И пошёл я к доктору – так мол и так, что со мной? Доктор оказался человеком нормальным и объяснил, что бывает такое и лечить нужно медикаментозно, дабы не дождаться того, чтобы шизофрения прогрессировала. Полежал в клинике. Уколы кололи, таблетки пил регулярно. Вышел с сознанием затуманенным, но симптомы отступили. Жена испугалась – «Вон ты какой бугай, ещё ночью задушишь в припадке».

Взяла сына и уехали они в другой город к родственникам. Я на неё не в обиде, она же больше о сыне пеклась, да и страшно это: жить с человеком, который не отдает отчет своим действиям. Из порта уволился по состоянию здоровья. Стал изучать литературу по своему диагнозу. И вот, что я тебе скажу. Болезнь эта мозговая откуда берётся, то никто толком не знает.

И ведет она себя по-разному у разных людей потому, что кто-то осознаёт то, что болен, а кто-то не понимает и мучается от того, что не видит грани реальности и не может свои галлюцинации контролировать». Я спрашиваю: «А разве можно их контролировать?». Он – «Ну как сказать… вот есть у тебя, например, кошка в доме. Ходит, под ногами путается.

Ты её и замечать перестаёшь, пока она жрать не попросит или не нагадит в углу. Так вот эта кошка – материальное существо и действия её носят материальный характер, поэтому ты вынужден кормить её и убирать за ней, от этого никуда не деться. А галлюцинации они не материальны.

И если ты своей логикой это понимаешь, то и действие их на тебя «смазывается», отходит на второй план, а то и вообще пропадает. Просто нужно понимать, что возможно, а что нет. Мне то когда с этим удается справляться, то и живу я нормально. Подумаешь, ночью проснусь, вокруг лес шумит и музыка играет. Плюнешь, развернёшься и дальше спать. Утром просыпаешься и всё на месте, как всегда.

Источник: http://funtale.ru/tale/destiny/interesnaya-istoriya-o-sudbe-cheloveka-bolnogo-shizofreniej/

Простая шизофрения история болезни

Простая шизофрения одна из самых распространённых форм этой болезни. Своими симптомами она довольно схожа с вялотекущей формой, в связи с чем, многие авторы описывают эти два вида как один, но это не так.

Главное отличие простой шизофрении от вялотекущей — это худший прогноз и прогредиентоность. Специалисты в сфере психиатрии США вовсе изъяли простую форму из числа шизофренических расстройств и отнесли к патологическим изменениям личности.

Такое заключение вызывает немало дискуссий среди именитых мировых психиатров.

https://www.youtube.com/watch?v=GZ-ygHrUwQw

История болезни началась с 1903 года, когда её симптомы впервые были описаны психиатром Р. де Фюрсаг. Развиться патология может как в детском, так и взрослом возрасте.

У Подростков она прогрессирует быстрее, нежели, у взрослых пациентов, мужской пол заболевает немногим чаще, чем женский.

Негативный прогноз болезни заключается в том, что даже при интенсивном лечении, продолжительная ремиссия наступает лишь у четвёртой части пациентов.

Главная черта болезни — развитие негативных симптомов, позитивные признаки либо отсутствуют полностью, либо выражены не значительно. Пример этому практически полное отсутствие таких изменений как двигательные нарушения, наличие бредовых историй и аффективных симптомов.

При этом дефект личности спустя года течения заболевания неминуем. Простая шизофрения развивается медленно и симптомы нарастают постепенно, как правило, до того как будут диагностированы симптомы болезни проходит не менее года.

Происходит изменения черт личности, которые были присущи больному ранее, в этом главная характеристика негативных симптомов.

К характерным изменениям относят:

  • замкнутость и отрешенность, больные сторонятся общения с родственниками и друзьями, стараются всё своё свободное время провести в одиночестве. У них пропадает интерес к увлечениям, которые ранее им были интересны. На начальном этапе легкая симптоматика создаёт трудности в постановке диагноза, зачастую родственники списывают происходящее на плохое настроение, переходной возраст у подростков, в конце концов, на депрессию и крайне редко обращаются за консультацией к специалисту. Пациент всё еще продолжает ходить на работу, учёбу, но интерес к ним уже утрачен, все задания выполняются автоматически, новая информация ими не усваивается;
  • когда болезнь прогрессирует, замкнутость становится более выраженной. Больной не редко возникают приступы агрессии к окружающим, он становится эгоистичным и раздражительным. Наблюдается полное безучастие к происходящим событиям. Визуальные симптомы у таких больных выражаются в скудной мимике лица, а также монотонном голосе, эмоциональность полностью отсутствует;
  • не редки случаи навязчивых движений либо возникновения ненормированных примитивных желаний, например, больные страдают обжорством, злоупотребляют алкоголем или начинают онанировать;
  • люди, страдающие простой шизофренией перестают за собой следить, изначально это выражается в просто неопрятном виде, позже они полностью отказываются себя обслуживать. Отказ от гигиенических процедур приводит к отказу социума от общения с больным, а для родных стоит не малых хлопот убедить его в необходимости принять душ либо помыть голову;
  • позже появляются симптомы, характерные для нарушения мышления. Проявляются подобные симптомы, главным образом, в обрывистости и несвязности речи. Больной может начать одну тему разговора и сразу же перейти на иную, в его речи возникают придуманные ним слова. Эпизодически могут возникнуть бредовые идеи, но они бывают довольно редко и не у всех, этот симптом совместно с галлюцинациями скорее исключение при этой форме болезни;
  • вместе с безволием и признаками аутизма, у пациента нарушается сон, возникают частые смены настроения, беспокойство, на фоне агрессивности такие люди склонны к правонарушениям;
  • наблюдается стойкий тормоз психического развития, пример тому пациенты, которым по 20-30 лет, а болезнь у них началась с 15 летнего возраста, так и развитие человека будет соответствовать подростковому возрасту.

Простая форма имеет особый подвид — ядерная форма шизофрении. Характеризуется ядерная форма простой шизофрении крайне злокачественным течением, своё начало она берет в юном возрасте. От первых симптомов до окончательного развития истории болезни проходит порядка двух-трёх лет, после чего наступает стойкий дефект личности.

За это время патология протекает, как правило, без ремиссии, слабоумие со всеми вытекающими последствия наблюдается к 18-20 годам. Симптомы подвида идентичны простой форме, лишь с той разницей, что приобретают более агрессивное проявление и высокую скорость их нарастания.

Помимо простого варианта, ядерная форма шизофрении может наблюдаться и при кататоническом или гебефреническом течении.

Диагностика и лечение

Главная задача психиатра при диагностике — это отличить шизофрению этого типа от всевозможных личностных расстройств.

Главным критерием для этого является история болезни и тщательно изученный анамнез.

Важно выявить негативные симптомы рудиментарные проявления острого психоза и именно на основе их наличия в истории патологии не менее одного года можно установить соответствующий диагноз.

Относительно лечения, процесс этот, к сожалению пожизненный с вариацией дозировки в большую сторону при психических эпизодах и частичного уменьшения объёма медикаментов при наступлении ремиссии. Касательно медикаментозного лечения главной группой препаратов являются нейролептики.

Их применение основывается в основном на дофаминовой теории возникновения патологии. В ней идёт речь о том, что причиной шизофрении является увеличенная доза выработки дофамина рецепторами головного мозга.

Нейролептики же в свою очередь купируют эти рецепторы и нормализуют количество дофамина, тем самым замедляя процесс нарастания негативных симптомов и возникновения слабоумия. Пример по эффективности среди нейролептиков, в лечении болезни принято считать препарат галоперидол.

Помимо него могут быть назначены такие медикаменты как: клопиксол, аминазин, азалептин, рисполепт и др. При лечении простой формы шизофрении важен стимулирующий эффект действия, пример таких препаратов:

Нейролептические средства опасны своими осложнениями при длительном курсе их приёма, без которого, к сожалению, не обойтись больным шизофренией. Главный пример осложнения — это появление лекарственного паркинсонизма.

Эта патология проявляется в непроизвольном дрожании конечностей, судорогах и спазмах в мышцах, скованности движений.

Для того, чтобы не допустить развитие этой болезни, врачи рекомендуют параллельно с нейролептиками применять антипаркинсонические средства, например: акинетон или циклодол.

Помимо нейролептических средств применяют:

Многие примеры в терапии, доказывают положительное влияние иммуномодуляторов, таких как:

Обратите внимание! Все медикаментозные препараты представлены в ознакомительных целях. Дозировка и выбор медикамента должны быть строго регламентированы лечащим психиатром, самолечение способно привести к непредвиденным последствиям.

При очень сложном течении болезни может быть назначена инсулинокоматозная терапия, пример такого лечения заключается в погружении пациента в гипогликемическую кому с последующим выведением из неё.

Параллельно с медикаментозным лечением немаловажную роль имеет психотерапия. Пример тому популярность и эффективность занятий могут как группового, так и индивидуального характера. Важна поддержка близких и родных людей.

Простая форма шизофрении по своему течению не имеет ничего общего с полученным названием. Клинические проявления патологии совсем не просты и требуют систематического лечения. К сожалению, даже при самой лучшем лечении 25% больных достигают состояния слабоумия, шизоидный дефект практически неизбежен.

Читайте также:  Адаптивность социальная, принцип адаптивности в психологии

Но при этом следует заметить, что отсутствует прогрессирующая, положительная симптоматика и кататонические синдромы в виде ступора либо возбуждения. В лечении заболевания важна не только медикаментозная терапия, но и постоянная психологическая поддержка родных людей.

При особо злокачественных видах течения либо в период сложного психического эпизода требуется госпитализация в психиатрическую клинику.

mozgid.ru

Пациентка предъявляет жалобы на слабость, «притупление чувств», сужение круга интересов, повышенную отвлекаемость, трудность сосредоточения внимания. Также больную беспокоят периодически появляющиеся «голоса», локализованные около головы.

Голоса принадлежат незнакомым людям, мужские и женские, носят комментирующий, одобряющий, а также угрожающий характер – определенный «страшный мужской голос», который «говорит, чтобы глаза выкатывались», в результате чего «глаза вылезают из орбит».

Сведения о наследственности:

Отец и мать здоровы, оба по характеру спокойные, отношения с дочерью прохладные. Единственный ребенок в семье. Воспитывалась больше матерью в условиях гипоопеки, отец участия в воспитании практически не принимал.

Сейчас проживает с родителями, в удовлетворительных социально-бытовых условиях.

В семье психически больных, психопатических личностей, больных наркоманией, алкоголизмом, совершавших суицидные поступки, страдавших туберкулезом, сифилисом, злокачественными опухолями, заболеваниями обмена веществ не было.

Anamnesis vitae (со слов больной):

Родилась в Ленинграде в 1977 году. Данных о течении беременности матери и родах нет. Росла и развивалась соответственно возрасту, посещала детский сад, в школу пошла в 7 лет, училась преимущественно на 3, неохотно, учеба давалась тяжело, особенно математика, физика, химия. По характеру была спокойным, пассивным ребенком, стойких увлечений не имела.

Конфликтов со сверстникам и школьными учителями не отмечает. Ни к чему не стремилась, никак себя не проявляла. Образование 10 классов, профессионального образования на получала. После школы некоторое время работала продавцом на рынке. На данный момент не работает уже в течение 8 лет. В поисках работы на заинтересована, планы на будущее неопределенные.

Половое развитие и половая жизнь, акушерский анамнез:

Менструации с 14 лет, регулярные, умеренные, безболезненные по 5 дней через 27. Половой жизнью живет с 15 лет, связи носят беспорядочный характер. В возрасте 18 и 20 лет, под давлением родителей, дважды делала аборты. В браке не состояла, о создании семьи не задумывается.

Климатические и материальные условия в семье удовлетворительные, не напряженные, материально обеспечены. Семья состоит из отца, матери и дочери.

Детские инфекции – ветряная оспа, краснуха в младшем школьном возрасте; ОРВИ примерно один раз в год, протекали без осложнений. Тяжелые и хронические соматические заболевания, травмы, в том числе с потерей сознания, отрицает. Операции отрицает. Профессиональные вредности не отмечались.

Аллергологический анамнез спокойный.

Привычные интоксикации: курение, злоупотребление алкоголем, другими психоактивными веществами отрицает.

Анамнез заболевания (со слов больной):

Источник: http://krplota.ru/prostaja-shizofrenija-istorija-bolezni/

Математика и безумие: история Джона Нэша

Имя Джона Нэша, может быть, известно не всем, но с его историей знаком почти каждый — именно эта история легла в основу биографической драмы «Игры разума» с Расселом Кроу в главной роли.

Нэш стал автором влиятельной работы о теории игр ещё в 21-летнем возрасте и защитил её в качестве диссертации во время учёбы в Принстонском университете. В научном мире он быстро стал известен как автор формулировки «равновесия Нэша».

Спустя десятилетия его работа была удостоена Нобелевской премии по экономике.

В 30-летнем возрасте у «восходящей звезды американской науки» стали проявляться заметные признаки психической болезни. Когда их уже невозможно было списывать на типичную для учёного экстравагантность, Нэш лишился работы и был помещён в психиатрическую клинику, где ему поставили неутешительный диагноз: «параноидная шизофрения».

Как алгоритмы помогают нам думать

Началась долгая борьба с болезнью, из которой Нэш в конце концов вышел победителем.

За это время он побывал в нескольких клиниках и перепробовал лечение несколькими антипсихотическими препаратами. От него ушла жена. Временные улучшения перемежались продолжительными периодами расстройства. Нэш был одержим идеями преследования и не мог отличить собственные фантазии от реальности.

Он по-прежнему продолжал жить в Принстоне и время от времени заходил в учебные аудитории, покрывая доски ему одному понятными формулами. В какой-то момент он снова стал жить со своей женой Алисией, которая обеспечила ему поддержку и относительно спокойное существование.

И в конце концов болезнь стала отступать.

Джон Нэш и его жена Алисия.

Источник: cbsnews.com

Математик, которого в научном мире уже подзабыли, смог вновь вернуться к работе. В своей автобиографии он писал: «Я думаю, если вы желаете избавиться от психического заболевания, то должны, ни на кого не надеясь, поставить себе серьёзную цель сами».

В 1994 году последовала триумфальная церемония награждения Нобелевской премией, а в 2015 году Нэш получил не менее престижную Абелевскую премию за вклад в теорию нелинейных дифференциальных уравнений.

Вскоре после этого он вместе с женой попал в автомобильную катастрофу и скончался. Ему было 86 лет.

Для широкой аудитории Нэш стал известным и важным героем после публикации книги Сильвии Назар «A Beautiful Mind» (фильм о математике позднее был снят на её основе). В 2016 году книга была переведена на русский язык и вышла в издательстве Corpus под названием «Игры разума».

Публикуем отрывок из книги, в котором описываются симпотомы шизофренического расстройства и рассказывается о том, как Нэш воспринял собственное возвращение к «нормальной» жизни.

Постоянные, сложные и убедительные бредовые идеи — один из диагностических признаков шизофрении. Бредовые идеи — это ложные представления, представления, которые резко отклоняются от общепринятой реальности.

Часто они связаны с неправильной интерпретацией воспринятого или пережитого.

Сейчас принято считать, что они возникают в основном из-за серьёзного искажения сенсорных данных и из-за того, каким образом в глубинах мозга происходит обработка мыслей и эмоций.

То есть запутанная и загадочная логика бредовых идей иногда рассматривается как результат попыток полностью обособленного сознания проникнуть в смысл странного и необъяснимого.

Эдвин Фуллер Торри, исследователь из вашингтонской больницы Св. Елизаветы и автор книги «Шизофрения», называет их «логическими отростками того, что испытывает мозг», а также «героическими усилиями по поддержке умственного равновесия».

Синдром, который мы теперь называем шизофренией, когда-то назывался dementia praecox (ранее слабоумие) — хотя на самом деле бредовые состояния, типичные для шизофрении, часто имеют мало общего с деменцией, связанной, например, с болезнью Альцгеймера. Вместо растерянности, замешательства и нелогичности при шизофрении наблюдается повышенная чуткость, обострённость восприятия и сильнейшая бессонница. Человек поглощен навязчивыми идеями, придумывает изощрённые обоснования и оригинальные теории.

Какими бы буквальными, неуместными или внутренне противоречивыми ни казались его мысли, они никогда не бывают случайными и всегда подчиняются конкретным правилам, пусть сколь угодно неясным и запутанным. При этом, как ни удивительно, сохраняется способность четко понимать определённые аспекты каждодневной реальности.

Джон и Алисия Нэш в 1960 году. Период болезни уже начался.

Источник: nytimes.com

Если бы Нэша спросили, какой нынче год, где он живет или кто сейчас президент Соединенных Штатов, он, вне сомнения, мог бы совершенно верно ответить на все эти вопросы, если бы захотел.

И действительно, даже когда Нэш вынашивал самые сюрреалистические концепции, он демонстрировал ироничное понимание того, что его идеи носят исключительно частный характер, предназначены только для него самого, а остальным должны казаться странными и неправдоподобными.

Когда формула сводит с ума своей красотой

«Концепция, которую я намерен изложить… возможно, покажется вам абсурдной» — вот типичное для него вступление.

Его речь была полна оборотов типа «предположим», «как если бы», «можно считать» — как будто он проводил мысленный эксперимент или понимал, что тому, кто будет читать написанное им, придется переводить это на другой язык.

Как и все остальные проявления этого синдрома, бредовые идеи не указывают однозначно на шизофрению — они встречаются при множестве психических расстройств, включая манию и депрессию, а также при ряде соматических болезней.

Но бредовые идеи, которыми был охвачен Нэш, особенно характерны для шизофрении, в особенности параноидной шизофрении — той разновидности синдрома, от которой, по-видимому, и страдал Нэш. Их содержание отражало, как это часто бывает, и манию величия и манию преследования, то переключаясь с одной на другую, то объединяя их.

Иной раз, как мы знаем, Нэш считал себя чрезвычайно могущественным, например принцем или императором; временами — очень слабым и уязвимым, как беженец или подсудимый.

Его идеи, что вполне типично, носили характер так называемого бреда отношения, то есть он считал, что мириады знаков в окружающей реальности — от газетных текстов до определённых чисел — адресованы лично ему и только он может понять их подлинный смысл.

Причём разнообразных бредовых идей у него было множество — это распространённый признак параноидной шизофрении, — хотя все они неявным образом группировались вокруг связанных между собой тем.

Для шизофренических бредовых идей особенно характерной считается причудливость. Идеи Нэша были совершенно невероятными, их было трудно понять, они не выводились очевидным образом из его жизненного опыта.

И всё же в целом они были менее причудливы, чем многие бредовые идеи, о которых рассказывают другие больные шизофренией, и в них часто прослеживалась связь, пусть непрямая, с биографией и житейскими обстоятельствами Нэша (или могла бы быть прослежена, если бы кто-то из его близких захотел изучить этот вопрос так же тщательно, как это делала верная жена бальзаковского героя Луи Ламбера).

Луи Ламбер в автобиографическом романе Оноре де Бальзака теряет разум из-за чрезмерного стремления к познанию.

Источник: deslettres.fr

Многие больные шизофренией полагают, что их мысли захвачены внешними силами или что внешние силы внедрили эти мысли им в голову, но в случае Нэша такие представления, по-видимому, не были преобладающими.

Иногда, как в Риме, ему могло казаться, что мысли к нему в мозг загружает машина, или, как в Кембридже в начале 1959 года, что его действиями руководит Бог.

Но по большей части главным действующим лицом Нэш считал свое «я» (или свои «я»).

Причём многие из его представлений — например, что он по идейным соображениям уклоняется от службы в армии и ему грозит опасность призыва; что он человек без гражданства; что члены Американского математического общества вредят его карьере; что люди, делающие вид, будто сочувствуют ему, на самом деле тайно сговариваются упечь его в психбольницу, — были не более невероятными, чем, скажем, вера человека в то, что за ним следит полиция или ЦРУ. Таким образом, в каком-то смысле его отрыв от реальности и границы между собой и внешним миром имели свои пределы. В частности, хотя позже Нэш называл свои бредовые расстройства «периодами иррациональности», даже в эти периоды он оставался в роли мыслителя, теоретика, учёного, пытающегося разобраться в сложных явлениях.

Тест: найдите абстрактное в конкретном

Он «совершенствовал идеологию освобождения от рабства», искал «простой метод», создавал «модель» или «теорию».

Все действия, им упоминаемые, связаны с работой ума или с речью. В крайнем случае он «вёл переговоры», или «ходатайствовал», или пытался убедить.

Его письма были монологами в духе Джойса, написанными тайным языком его собственного изобретения, полными призрачной логики и непоследовательных выводов. Он строил теории в области астрономии, теории игр, геополитики и религии.

И хотя годы спустя Нэш часто упоминал о приятных сторонах бредового состояния, кажется очевидным, что эти сны наяву были очень неприятными, полными беспокойства и страха.

Нэш считал себя изгоем («я впал в немилость»), подвергнутым остракизму.

Он постоянно боялся банкротства и лишения собственности: «Если счета открыты в интересах лица, которое из-за отсутствия “рациональной согласованности” всё равно что мертво… Это как если бы счета были открыты на имя мучеников в Аду.

Они никогда не смогут воспользоваться этими счетами, потому что для этого надо было бы прийти из Ада в офис банка и получить деньги, но для этого революция должна положить конец Аду, прежде чем им представится возможность воспользоваться своими счетами».

Нэш исходит из презумпции вины.

Наказание, сожаление, раскаяние, искупление, признание и покаяние — его постоянные темы, наряду с боязнью разоблачения и потребностью в скрытности и секретности; они, по-видимому, напрямую связаны с его отношением к гомосексуальности, но не сводятся к этому полностью. Он говорит о «явно сомнительных поступках, которые совершал на протяжении своей жизни», включая «уклонение от призыва и прогулы». Аресты, суды и заключение были тоже повторяющейся темой.

Питер Ньюман, экономист из университета Джонса Хопкинса, редактировал сборник избранных работ по математической экономике. Он захотел включить в него заметку Нэша о равновесии Нэша, опубликованную в журнале Национальной академии наук. Сначала его нужно было найти.

«Я обнаружил его в небольшом женском колледже возле Роанока, где он, кажется, преподавал. Я послал туда письмо, чтобы получить от него разрешение на публикацию.

В ответ пришел конверт, на котором мой адрес был написан разноцветными карандашами. Еще на нем был список всяких “ты” и “вы” на разных языках: Du, Vous, You и т.д., а также призыв к всеобщему братству.

Читайте также:  Как заставить мужчину думать о тебе и скучать - психология

Внутри конверта вообще ничего не было»

Большинство написанных в тот период писем заканчиваются примерно так: «Разрешите мне (смиренно) просить Вас поддержать точку зрения, что я должен быть ограждён от опасности госпитализации в психиатрическую лечебницу (принудительной или “обманной”)… просто ради личного интеллектуального выживания в качестве “сознательного” и “относительно добросовестного” человеческого существа… и “сохранения памяти в целости”».

Джон Нэш в 2011 году в Университете Гонконга.

Источник: bustle.com

Нэш дал крайне жесткую оценку своего положения перед аудиторией из психиатров, которым его представили как «символ надежды» [после его выздоровления — ред.]. В конце своего выступления в Мадриде в 1996 году в ответ на какой-то вопрос он сказал: «Вернуться к рациональному мышлению после иррационального, вернуться к нормальной жизни — это прекрасно!»

Но потом сделал паузу, слегка отступил назад и гораздо более уверенным тоном сказал: «А может, и не так уж прекрасно.

Представьте себе художника. Он в здравом уме. Но не может рисовать. Хоть и ведёт себя нормально. Можно ли это назвать полноценным излечением? Настоящим спасением?.. Вряд ли я смогу послужить хорошим примером выздоровевшего ­человека, если не смогу получить какие-то серьёзные результаты, — и грустным голосом еле слышно добавил: — хотя я уже довольно стар».

Нобелевская премия не может возместить упущенное. Для Нэша главным удовольствием в жизни всегда была творческая деятельность, а не эмоциональная близость с другими.

Поэтому, хотя признание прошлых достижений приятно, оно бросает беспощадный свет на его нынешние возможности.

Как сказал Нэш в 1995 году, получение Нобелевской премии после продолжительной душевной болезни не слишком впечатляет; по-настоящему удивительным был бы «человек, который, пережив психическое заболевание, затем достиг бы высокого уровня интеллектуальной деятельности».

(Перевод с английского: Анна Аракелова, Марьяна Скуратовская и Наталья Шахова).

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Источник: https://newtonew.com/science/beautiful-and-dreadful-mind

Голоса отчуждения

© 2014 The New York Times. В качестве иллюстраций использована серия фотографий Джулии Цибуляж «Математик» (). Она посвящена двоюродному брату фотографа 43-летнему Славеку Космале, который уже больше 20 лет болен шизофренией.

Тридцать лет назад у меня диагностировали шизофрению.

Прогноз можно было описать одним словом — «могила»: я никогда не смогу жить самостоятельно, сделать карьеру, завести отношения, выйти замуж.

Моим домом станет интернат, где я буду сидеть целыми днями в комнате отдыха и смотреть телевизор вместе с другими людьми, изнуренными психическими заболеваниями, а когда симптомы будут немного затихать, то смогу выполнять какую-нибудь тупую работу. Я провела сотни дней в психиатрических клиниках.

После моей последней госпитализации, в возрасте 28 лет, доктор рекомендовал мне поработать кассиром, и, если я справлюсь, может быть пересмотрен вопрос о моей готовности к более ответственной должности.

Тогда я решила: я напишу историю своей жизни. Сама. Сегодня я занимаю должность профессора Юридической школы Гульда Университета Южной Калифорнии, работаю на кафедре психиатрии в медицинской школе Калифорнийского университета в Сан-Диего и была стипендиатом Фонда Макартуров (один из крупнейших благотворительных фондов США, его стипендии называют «грантами для гениев». — Esquire).

Вопреки общепринятому мнению, шизофрения — это не то же самое, что расстройство множественной личности и не разрушение личности. Сознание шизофреника не разрушено, оно раздроблено.

Вы наверняка видели на улице неряшливого человека, который стоял и бормотал что-то себе под нос или орал. Скорее всего, у него какая-то форма шизофрении.

Но шизофренией страдают люди самого разного социального положения, и среди них есть профессионалы, занимающие ответственные посты.

Мой первый ярко выраженный случай психоза произошел в 16 лет: я вдруг отправилась домой посреди уроков. Я почувствовала, что дома вокруг какие-то странные; они посылали мне сигналы: «Ты особенная. Ты особенно плохая. Теперь иди. Шепоты и вопли».

Потом было еще несколько тревожных знаков в колледже, но «официально» я не сходила с ума до поступления в магистратуру Оксфорда. Пару лет симптомы были, что называется, «негативные»: апатия, замкнутость, потеря способности к работе и дружбе.

Но потом начались «позитивные симптомы», психозы.

С субъективной точки зрения это больше всего похоже на ночной кошмар наяву: ужас и замешательство, странные образы и мысли. Только в страшном сне можно проснуться, а во время психоза у вас не получится даже просто открыть глаза и прогнать все это прочь.

Говоря же объективно, у меня возникали бредовые идеи — иррациональная уверенность, что я силой мысли убила сотни тысяч людей; редкие галлюцинации вроде наблюдений за гигантским пауком, карабкающимся вверх по стене; беспорядочные, запутанные мысли — то, что называют «свободными ассоциациями».

Несмотря на многолетнюю борьбу с шизофренией, постепенно я смирилась со своим диагнозом. Прекрасная психоаналитическая терапия и медикаментозное лечение сыграли решающую роль в моих успехах. С чем я отказалась смиряться, так это с прогнозом врачей.

Классическая психиатрия не предполагает существование таких людей, как я. Или я не страдаю шизофренией (пожалуйста, расскажите об этом бредовым идеям, роящимся в моем сознании), или я не могу достичь того, чего достигла (пожалуйста, расскажите об этом ученому совету Университета Южной Калифорнии). Но я страдаю, и я достигла.

Вместе с университетскими коллегами я взялась за исследование, которое должно показать, что я не одинока. Есть и другие люди с шизофренией, которые добились значительных профессиональных успехов — в том числе научных. Мы собрали группу из 20 «высокофункциональных» шизофреников. Три четверти из них перенесли от двух до пяти госпитализаций.

Средний возраст — 40 лет, половина мужчины, половина — женщины. У всех есть дипломы об окончании средней школы, большинство в свое время пытались получить среднеспециальное или высшее образование. Среди них есть студенты магистратуры, менеджеры, техники, а также врач, адвокат, психолог и исполнительный директор некоммерческой организации.

В то же время большинство из этих людей не женаты, у них нет детей — и все из-за их диагноза.

Мы с коллегами собираемся провести еще одно исследование — людей, страдающих шизофренией, но высокофункциональных с точки зрения отношений — мое собственное замужество в 40 с лишним (лучшее, что со мной когда-либо случалось) после 18 лет без всяких отношений выходит за рамки малейших вероятностей. Но пока мы сконцентрировались на исследовании этой группы.

Как эти люди с шизофренией смогли преуспеть в весьма высокоинтеллектуальных занятиях? Мы выяснили, что, помимо лекарств и терапии, все участники разработали различные техники, с помощью которых удерживали свою шизофрению на поводке.

Педагог с магистерской степенью сказал, что он научился бороться со своими галлюцинациями, спрашивая у себя: «А какие есть доказательства этому? Может быть, это просто проблема восприятия?» Другой участник эксперимента рассказал, что, когда он слышит «унижающие голоса» — а происходит это с ним постоянно, — то просто решает «прогнать их прочь». Отчасти бдительность к симптомам была «предупреждающими выстрелами», чтобы «предотвратить взрывные последствия этих симптомов», сказал еще один наш испытуемый, который работал координатором в НКО. К примеру, если слишком долгое пребывание в обществе может спровоцировать симптомы, он заранее выделяет момент во время своего путешествия с друзьями, когда сможет побыть один.

Славек не отрицает свою болезнь, но из-за ошибочного восприятия времени он думает, что болеет всего год.

Одна из самых распространенных упоминаемых техник, которые помогли участникам нашего исследования справиться со своими симптомами, была работа. «Работа стала важной частью моей личности, — сказал педагог из нашей группы.

— Когда ты становишься полезным и чувствуешь уважение коллег, принадлежность к своей организации получает очевидную ценность». Этот человек работает даже по выходным, потому что для него это «отвлекающий фактор». Другими словами, увлеченная работа часто оставляет всякий сумасшедший бред за бортом.

Лично я добилась от своих докторов, друзей и семьи того, что как только начинаю пробуксовывать, то сразу получаю от них большую поддержку. Я ем удобную для себя пищу (злаки) и слушаю тихую музыку. Я минимизирую количество раздражителей. Обычно эти приемы в сочетании с лечением и терапией сводят симптомы на нет.

Однако именно работа, использование разума — моя лучшая защита. Работа заставляет меня сосредоточиться и держать бесов в кулаке. Мой разум — это мой заклятый враг и мой лучший друг. Вот почему так тревожна ситуация, когда доктора говорят своим пациентам не ждать и не стремиться к желаемой карьере.

Слишком часто классический психиатрический подход к ментальным заболеваниям заключается в том, чтобы распознать характерные симптомы. Из-за этого многие психиатры придерживаются мнения, что медикаментозное воздействие на симптомы лечит и саму болезнь.

Но такой подход не позволяет учитывать индивидуальные сильные стороны человека и его возможности, заставляя специалистов по психиатрическим заболеваниям недооценивать надежду своих пациентов добиться чего-то в этом мире.

И речь не только о шизофрении: недавно «Журнал детской психологии и психиатрии» опубликовал исследование, показывающее, что у небольшой группы людей с диагнозом «аутизм» симптомы перестали проявляться вскоре после того, как они устроились на работу — и это после долгих лет поведенческой терапии и медикаментозного лечения, которые не давали такого эффекта.

Когда я говорю о шизофрении, я ни в коем случае не хочу строить из себя Полианну (героиня одноименного романа американской писательницы Элеанор Портер, воплощение жизнерадостности и оптимизма. — Esquire). Ментальное заболевание ведет к серьезным ограничениям, и очень важно не романтизировать эту тему.

Не все мы можем стать нобелевскими лауреатами, как Джон Нэш из фильма «Игры разума». Но и в ментальной болезни иногда можно найти семена творческой мысли. Люди слишком часто недооценивают способность человеческого мозга приспосабливаться и изобретать. Подход, который учитывает сильные стороны личности, может помочь рассеять пессимизм, сопутствующий теме ментальных заболеваний.

Поиск способа «оздоровления нездоровья» должен стать основной целью терапии. Врачи должны побуждать своих пациентов вступать в отношения и искать работу, которая была бы для них важной.

Они должны подбадривать пациентов, чтобы те смогли найти свой собственный набор приемов, позволяющих справляться с симптомами и стремиться к качеству жизни в том виде, в котором они себе его представляют. И чтобы все это получилось, врачи должны помогать пациентам ресурсами — терапией, лекарствами и поддержкой.

«Каждый человек способен дать миру собственную уникальность или свой уникальный дар», — сказала одна из участниц нашего исследования. Она выразила мысль о том, что те из нас, кто страдают шизофренией, хотят того же, что и все остальные: говоря словами Зигмунда Фрейда, работать и любить.

ЦИТАТЫ ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ЭЛИН САКС

БОЛЬНИЦА

«В больнице я пережила полную потерю личного пространства. Например, в первое время за мной наблюдали, когда я принимала душ или шла в уборную.

Я не могла поговорить ни с кем наедине пять или шесть недель — кто-нибудь из медперсонала присутствовал при каждом моем разговоре, в том числе с родителями. Я очень за терапию, но очень против силовых методов.

Самый травматичный опыт, который я когда-либо переживала, — это привязывание к койке. За руки, за руки и за ноги, а еще за руки, за ноги и сетку на грудь. Первые дни меня держали связанной по 20 часов в день. Потом три недели — от 4 до 15 часов.

Это страшно — чувствовать свою деградацию и беспомощность, а кроме того больно — лежать так много часов кряду. Это моя самая тяжелая травма. Связывание годами снилось мне в кошмарах. Каждый день в США от этой процедуры умирают три человека».

КОЛЛЕДЖ

«Это случилось на семнадцатой неделе моего обучения в Йельской школе права. Мы с двумя однокурсниками обсуждали какие-то юридические заключения в библиотеке. Вдруг я стала говорить вещи, напрочь лишенные смысла. «В заключении есть присутствие, — заявила я им. — В этом вся соль. Соль стоит на столе. Пат так говорила.

Вы кого-нибудь убили?» Они смотрели на меня с ужасом: «Элин, ты о чем?» — «Да так, знаете, как обычно. Кто куда, где кто, ад и рай. Пойдем на крышу. Это плоское пространство. Там безопасно». Они пошли вслед за мной на крышу, по дороге пытаясь выяснить, что со мной. «Это и есть настоящая я», — заявила я им, размахивая руками над головой.

Потом стала петь — и надо вам сказать, не то чтобы очень тихо. «Поедем во Флориду, в солнечный лесок. Хотите танцевать?» — «Ты что, накурилась?» — «Я? Накурилась? Нет, наркотикам нет. Поедем во Флориду, в солнечный лесок, где растут лимоны, где живут демоны». — «Ты нас пугаешь». Кое-как им удалось увести меня с крыши. В читальном зале я сказала: «Кто-то залез в копии моих дел.

Мы это дело так не оставим. Оставим долги должникам нашим». Этот эпизод привел к моей первой американской госпитализации (до этого, в Англии, их было две)».

ЛЕКАРСТВА

«Годами я пыталась отказаться от лекарств. Мне казалось, что если я научусь управляться без таблеток, то смогу наконец сказать, что я на самом деле не больна, что все это просто чудовищная ошибка. Моим девизом было «чем меньше лекарств, тем меньше ненормальности».

Мой психоаналитик в Лос-Анджелесе, доктор Каплан, убеждал меня продолжить курс, но я решила сделать еще одну последнюю, отчаянную попытку. Начала сокращать дозировки и очень скоро почувствовала первые результаты.

По возвращении из Оксфорда я отправилась в кабинет доктора Каплана, прямо в угол, рухнула на пол, закрыла лицо руками и начала трястись. Всюду мне мерещились злобные существа с кинжалами наперевес. Они рубили меня на мелкие кусочки и заставляли глотать раскаленные угли. Позже Каплан говорил, что я «корчилась в агонии».

Даже в таком состоянии, которое он точно описал как «остро- и безудержно-психотическое». В результате отказаться от таблеток вовсе не получилось. Миссия все еще не завершена».

ПСИХИАТР

«Я пошла на консультацию к доктору Мардеру, специалисту по шизофрении. Он считал, что у меня легкое психотическое расстройство. Я зашла к нему в кабинет, сразу же села, согнулась в три погибели и начала бормотать: — Взрывы головы, и люди пытаются убить.

Ничего, если я разнесу ваш кабинет к чертям собачьим? — Вам следует уйти, если вы думаете, что сделаете это. — Ладно. Маленький. Огонь на льду. Скажите им, чтобы не убивали меня. Скажите им, чтобы не убивали меня. Что я сделала не так? Сотни тысяч с мыслями, запретами.

— Элин, вам кажется, что вы представляете опасность для себя и окружающих? Думаю, вам следует лечь в больницу. Я могу организовать все прямо сейчас, без лишнего шума. — Ха-ха-ха. Вы предлагаете мне ложиться в больницы? Больницы — это несчастье, ненастье. От них надо держаться подальше.

Я — Бог, или была им (когда мой муж в первый раз читал этот пассаж, он сделал ремарку на полях: «Тебя уволили или ты сама ушла?». — Прим. автора). Я дала, и я взяла. Прости мне, ибо не ведаю, что творю».

Источник: https://esquire.ru/archive/5417-schizophrenia/

История шизофрении: гениальность или болезнь

ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ ШИЗОФРЕНИИ

Шизофрения  – самое известное в истории психическое заболевание. Ей страдает 1% взрослого населения. Причем, среди известных людей этот процент гораздо выше – те или иные признаки есть у 9% современных лидеров в области политики, науки и искусства.

Одновременно это одна из самых первых болезней, выделенными лекарями древности. Впервые ее симптомы описали еще древние египтяне в «папирусе Эберса» – своеобразной медицинской энциклопедии.

Вавилонские врачи лечили психические расстройства, которым приписывалось демоническое происхождение, магически-религиозными методами и травяными таблетками. В Древней Греции и Риме так же описывали симптомы шизофрении, но не выделяли ее как отдельную болезнь.

И прописывали умеренную физическую нагрузку, а так же кровопускания и слабительные средства.

Арабский врач Авиценна одним из первых описал бред и, по сути дела, предложил психотерапевтический метод его лечения. Болезнь называли «тяжелым безумием», и под это определение подходили все психические расстройства.

В Средние века врачи перестали видеть в психических расстройствах естественные причины, а стали видеть лишь религиозные. Поэтому часто душевнобольных объявляли слугами дьявола, ведьмами и колдунами.

Читайте также:  Эгоцентризм - значение слова

В качестве лечения использовали трепанацию черепа, окунание в холодную воду, публичные избиения. В Лондонском Бедламе больных «лечили» цепями, клизмами и безовощной диетой.

Деньги, выделяемые больнице, часто расхищались, а окрестные жители приходили в больницу справить нужду.

Лишь в восемнадцатом веке в Испании с больных сняли цепи. Веком позже в душевных заболеваниях стали искать в первую очередь физические причины – в больном желудке и кишечнике.

В первой половине и в меньшей степени во второй половине ХIХ столетия психические расстройства пытались лечить с помощью гомеопатических средств.  Так же использовали опиум, дигиталис, хлороформ, белладонну, рвотные и слабительные препараты.

Современная концепция этой болезни была выведена лишь на грани двадцатого века, психологом Эмилем Крепелиным. Он отделил шизофрению от других психических расстройств подобного характера.

Швейцарский врач Эйген Блейлер выделил некоторые критерии шизофрении, которые носят название «четыре A» а именно: аффективность; аутизм; нарушение ассоциативного ряда человека; амбивалентность. Он же и придумал название для болезни – в буквальном переводе слово означает «раскалывающий рассудок».

 Кроме того, благодаря работам Блейлера, шизоподобные болезни связывают с наличием определенного «нарушения единства» психики больного.

В 1921 году доктор Якоб Клейси, директор клиники в Цюрихе, предложил лечить шизофрению сном – при помощи барбитуратов. Впрочем, это привело к большому количеству смертей от передозировки лекарств – около 5% пациентов умерло. Препараты стали заменять на более безопасные, но сама терапия барбитуратами применялась еще около полувека.

 К середине прошлого столетия популярность приобрело шоковая терапия шизофрении. Манфред Сакель предложил использовать инсулиновый шок. Шизофреники получали такую дозу инсулина, что они на несколько дней впадали в диабетическую кому. 

Владислав фон Медуна предложил другой метод для лечения шизофрении — вызывание судорог посредством инъекций камфоры, которую в дальнейшем заменили на пентиленэтразол или кордиазол.

Иногда судороги были такими сильными, что хрустели кости. Лусио Бини предложил для использования судорог использовать электричество.

Сотни тысяч больных шизофренией были стерилизованы, а немецкие нацисты вовсе уничтожали таких больных.

Существует информация, что в 1940-х и 50-х годах популярна была процедура лоботомии – в мозг пациентов помещали кусочки льда. К 1952 году в США провели более 20000 процедур лоботомии.

Лишь в 1952 году для лечения этого заболевания стали применять нейролептики. Наиболее популярен был препарат хлорпромазин (аминазин).

Ранее его использовали как транквилизатор для лошадей, а потом догадались использовать и для людей.

 Механизм действия нейролептиков позволял блокировать дофаминовые рецепторы и уменьшать выраженность галлюцинаторно-бредовой симптоматики. Сейчас нейролептики остаются наиболее распространенным методом лечения недуга.

ДИАГНОЗ ШИЗОФРЕНИЯ: ПРИЗНАКИ, ФОРМЫ, СИМПТОМЫ

Основные признаки и симптомы шизофрении и ей подобных заболеваний включают в себя:

– бред,

– галлюцинации, а также прочую продуктивную симптоматику психических отклонений;

– снижение энергетического потенциала,

– общее снижение жизненного тонуса,

– полную апатию,

– снижение интереса к жизни, во всех её социальных и реальных проявлениях;

– полное или частичное разрушение когнитивной сферы индивидуума, включающие в себя расстройства внимания, мышления и прочие когнитивные расстройства.

Главная особенность шизофрении –  её способность развиться и проявиться в абсолютно любом возрасте, начиная от младенчества и заканчивая глубокой старостью. Это справедливо  как для мужчин, так и для женщин.

Однако у женщин вероятность полного или частичного выздоровления выше, чем у мужчин. Так же у пациентов, заболевших во взрослом возрасте, лучше купируются симптомы.

Часто болезнь поражает творческих людей: 25 % известных поэтов и 30 % выдающихся художников имеют галлюцинации, 30% великих композиторов имеют звуковые галлюцинации.

https://www.youtube.com/watch?v=lyh4tc11d9w

Разновидностей шизофрении очень много. Наиболее часто встречаются:

Параноидная шизофрения – в ней доминируют подозрительность, галлюцинации и бред. При этом может сохраняться интеллект.

Кататоническая шизофрения – преобладают психомоторные расстройства в виде чередования кататонического ступора и периода возбуждения. Во время ступора наблюдается «восковая гибкость» или симптом «воздушной подушки»  — если насильно поднять голову пациента над подушкой, она останется именно в таком положении долгое время.

Дезорганизованная или гебефреническая шизофрения – наблюдаются расстройства мышления и дурашливость. Пациент возвращается на уровень пятилетнего ребенка.

Простая шизофрения («детский тип») – постепенно проявляются утрата нормальных черт характера, эмоциональная тупость, бедность лексикона и потеря возможности получать удовольствие. Эта разновидность характерна для подросткового и юношеского возраста с нередким последующим переходом в другие типы.

В зависимости от характера проявления и течения симптомов, шизофрению разделяют на несколько видов: непрерывнотекущую, злокачественную, среднепроградиентную, вялотекущую, периодическую, приступообразную (шубообразную).

ГЕНИАЛЬНЫЕ БОЛЬНЫЕ ШИЗОФРЕНИЕЙ

Исаак Ньютон

Недуг Исаака Ньютона имел, по всей видимости, наследственные причины. Его отца описывали как «слабого, странного, диковатого человека».

Родился сам физик недоношенным и был «таким маленьким, что, как говорят, мог поместиться в банке емкостью в одну кварту», в связи с чем он долгое время вынужден был ходить в корсете, чтобы поддерживать большую и тяжелую голову.

С двух лет он проявлял странности в поведении: болезненную ранимость, страсть к механике, боязнь критики и полную невосприимчивость к ней, подозрительность, привычку сжигать свои и чужие письма и бумаги, отвращение к женскому обществу. Единственным его увлечением была работа.

С 1691 года ему стало казаться, что его хотят убить, хотят разграбить его лабораторию, украсть его труды. Друзья заперли его дома и лечили, пока он не начала понимать свои же «Начала».

На следующий год он впал в апатию, решил покончить с философией и заняться производством сидра. Периоды апатии у него перемежались с бурной перепиской на религиозные темы. Он проявлял: бессвязность мыслей, неестественную подозрительность, необычайную хандру и враждебность к людям, ничего дурного ему не сделавшим.

После 50-летнего возраста у ученого развивается психоз с бессвязностью речи, депрессией, параноидными чертами и идеями преследования. Исследователи предполагают, что у Ньютона было шизоаффективное расстройство. Однако есть предположения, что расстройства ученого – плод интоксикации.  Не так давно была исследована прядь волос Ньютона, и анализ подтвердил наличие в волосах..

. высокой концентрации свинца, сурьмы, мышьяка, ртути.

Жан-Жак Руссо

По мнению исследователей, Руссо страдал параноидальной шизофренией.

Подозрительный он был с детства, но конфликт с государством и церковью, возникший после публикации книги «Эмиль, или о воспитании», только усилила эту подозрительность.

Он везде подозревал заговоры, стал вести жизнь скитальца, стараясь нигде не задерживаться надолго. Ведь по его представлениям все его друзья и знакомые что-то против него замышляли.

«Он начал воображать, что Пруссия, Англия, Франция, короли, духовенство, женщины, вообще весь род людской, оскорбленный некоторыми местами его сочинений, объявил ему ожесточенную войну, последствиями которой и объясняются испытываемые им душевные страдания…

Самое большое проявление злобы этих коварных мучителей Руссо видит в том, что они осыпают его похвалами и благодеяниями.

По его мнению, «им удалось подкупить даже продавцов зелени, чтобы они отдавали ему свой товар дешевле и лучшего качества, — наверное, враги сделали это с целью показать его низость и свою доброту» – описывали его состояние друзья.

Иногда он сбегал, бросив все вещи, для того чтобы скрыться от преследователей. А так же считал, что его считают отравителем.

«Если я читаю газету, то говорят, что я замышляю заговор, если понюхаю розу, подозревают, что я занимаюсь исследованием ядов с целью отравить моих преследователей…».

Однажды, в замке, в котором гостил Руссо, умер слуга и Жан-Жак потребовал его вскрытия, так как полагал, что в нем все видят отравителя.

Винсент Ван Гог

Ван Гог предположительно страдал от приступообразной шизофрении. Во время приступов он творил сутки напролет, и многие полагают, что все шедевры он создавал как раз во время приступов. С бритвой он набрасывался на Гогена, а потом той же бритвой он отрезал себе ухо, чтобы послать его бывшей возлюбленной.

В последние годы жизни приступы случались с ним все чаще, и он оказался в больнице в Арле, откуда его перевели в клинику для душевнобольных в Сан-Реми, а оттуда в Овер-сюр-Уаз.

Врачи констатировали «острую манию со зрительными и слуховыми галлюцинациями». В больнице он непрерывно работал, пока не совершил самоубийство, выстрелив себе в живот.

Предположительно, до самоубийства его довел непрекращающийся звон в ушах.

Фридрих Ницше

Фридрих Ницше был болен ядерной мозаичной шизофренией. Это редкое расстройство, симптомы которого: мания величия, помутнение рассудка, сильные головные боли.

Странности в его поведении начали замечать еще в детстве – к примеру, он не побежал от дождя, как все дети, потому «в школьных правилах записано, что мальчики, покидая школу, должны спокойно, как подобает воспитанным детям, разойтись по домам». Так же он признавался, что имел сексуальную связь с собственной сестрой Элизабет, но «она отказалась выйти за него замуж».

Чтобы отвадить одну из молодых поклонниц, он подарил ей жабу, завернутую в окровавленный платок. Проститутки заразили его сифилисом, а любовь к Лу Андреас-Саломе, юной девушке, вступившей в кружок по изучению философских идей Ницше, так и осталась неразделенной.

В последние 20 лет жизни Ницше все время страдал психическими расстройствами – он считал свою квартиру храмом, обнимался с лошадью на улице. Дома о нем заботилась мать, а последние 11 лет он провел в клиниках. Оттуда он рассылал записки с текстом: «Через два месяца я стану первым человеком на земле».

В медицинской карте Ницше, отмечено, что он пил из сапога свою мочу, испускал нечленораздельные крики, принимал больничного сторожа за Бисмарка, пытался забаррикадировать дверь осколками разбитого стакана, спал на полу у постели, голым прыгал по-козлиному, считая себя Дионисом, гримасничал и выпячивал левое плечо.

Николай Гоголь

Исследователи полагают, что Гоголь страдал шизофренией вперемешку с периодическими приступами психоза.

Гоголя посещали звуковые и зрительные галлюцинации, периоды апатии и крайней заторможенности (вплоть до отсутствия реакции на внешние раздражители) сменялись приступами крайней активности и возбуждения, а так же клаустрофобии.

В последний год жизни писатель жаловался на страх смерти, отказался от еды, жалуясь на недомогания и слабость. Он считал, что он смертельно болен и что органы в его теле смещены и расположены «верх дном».

Врачи не находили у него ничего, кроме легкого кишечного расстройства. Ему ставили пиявки в ноздри, обертывали холодными простынями и окунали голову в ледяную воду. Сам писатель погрузился в постоянные молитвы и сжег все рукописи, объяснив это затем происками нечистой силы. Через 10 дней он умер, по всей видимости, доведя себя до полного физического и психического истощения.

Александр Скрябин

Александр Николаевич был человеком мнительным и крайне религиозным, с резкими сменами настроения. Он считал себя мессией в музыке и «общался с богом напрямую». Именно он создал цветомузыку. По мнению исследователей, он страдал раздвоение личности и параноидальной шизофренией. 

Михаил Булгаков

Относительно того, был ли Булгаков шизофреником или это дезинформация, распространенная НКВД, до сих пор нет единой версии. Впрочем, он достоверно был наркоманом.

Морфий ему прописали в военном госпитале, где он работал во время Первой мировой войны. Прописали в связи с поставленным диагнозом «гипертонический нефросклероз», развившимся в результате перенесенной дифтерии.

По свидетельству близких, иногда он вскакивал с постели и гонялся за призраками.

Филип К. Дик

Именно легкой форме шизофрении приписывается своеобразие романов Филипа К. Дика: «Мечтают ли андроиды об электроовцах» (по книге сняли фильм «Бегущий по лезвию бритвы»), и «Воспоминания оптом и в розницу», (экранизирован как «Вспомнить все»).

В романе «Сдвиг времени по-марсиански», включенном критиками в сотню лучших научно-фанастических книг, двое из десятка главных действующих лиц больны шизофренией, а один из них, благодаря своему заболеванию, может видеть будущее и управлять временем, перемещаясь в прошлое.

Именно в период написания этого романа писатель испытывал симптомы заболевания и таким образом поделился с читателями собственными ощущениями.

Джон Нэш

Джон Форбс Нэш-младший – один из самых известных гениальных шизофреников нашего времени благодаря фильму «Игры разума».

Этот известный американский математик, который работал в области теории игр, а также дифференциальной геометрии, ставший лауреатом Нобелевской премии по экономике 1994 года, страдал от галлюцинаций и бреда.

Первые симптомы шизофрении у Нэша, начались к 30-м годам прошлого века. Он считался восходящей звездой математики, но был отправлен на принудительное лечение.

Из клиники он выбрался менее чем через два месяца благодаря усилиям адвоката, и после этого искал политического убежища. Власти США были против его эмиграции и сумели заставить его остаться. К этому моменту болезнь была крайне запущена – он говорил о себе в третьем лице, а также вслух размышлял о нумерологии и политике.

Однако Нэш научился «не обращать внимания» на свою болезнь, и творить, игнорируя галлюцинации. Сын Нэша унаследовал его болезнь. 

Источник: http://hroniki.org/articles/istoriya-shizofrenii-genialnost-ili-bolezn

Ссылка на основную публикацию